Skip to content
 

Интервью с ветеранами культуры: юбилейная трилогия

Цикл встреч со старейшими работниками культуры, отмечающими в этом году солидные юбилеи, завершает беседа с Нинель Мониковской, человеком, вызывающим глубокое уважение с первых слов. 25 апреля Нинель Петровне исполнится 90 лет. 10 из них прошли в самых страшных лагерях. В Калугу приехала в 1959-м. Работала заведующей заводским клубом, клубом железнодорожников, заместителем директора Калужского драматического театра. С 1990 года – председатель правления Калужской областной благотворительной ассоциации жертв незаконных политических репрессий. В январе 2017-го издала автобиографическую книгу «По ту и эту сторону решётки».

– Нинель Петровна, какое впечатление произвела на вас Калуга в 1959 году?

– Я влюбилась в этот город с первого шага. Он мой – по духу и по крови. Я измеряю свою жизнь десятилетиями. 10 лет лагерей, 10 лет – завклубом на заводе «Калугаприбор», 10 лет – замдиректора в драмтеатре. Так вот, «десятка» на «Калугаприборе» была для меня очень счастливым временем. Там царили взаимовыручка, искренность, всё называлось своими именами. Вообще было ощущение, что самодеятельность переживает ренессанс. Творцами его были заводы – они лелеяли и нянчились со своими артистами. Стали возрождаться эстрадные оркестры. Достать музыкальные инструменты было трудно, так председатель профкома лично ездил в Москву за саксофоном и роялем. Главбух завода, он же член парткома, говорил: «На самодеятельность денег не жалеем! Сколько надо на костюмы?».

– Заводская самодеятельность ограничивалась стенами заводских клубов?

– Что вы! Соревновательная жизнь била ключом – концерты, смотры, фестивали, поездки на всесоюзные конкурсы… Городской бор летом становился центром культурной жизни. А по Оке ходила веранда, на ней сотни людей – оркестры, танцоры. За каждым заводом были закреплены колхоз и военная часть. Недостатка в публике у самодеятельных артистов не было. К моей великой радости, сейчас это всё возрождается. Я вижу, сколько замечательных коллективов появилось в последние годы, и вспоминаю свою молодость. Вся моя речь – гимн художественной самодеятельности.

– И над всем этим довлела идеология.

– Нам она не мешала. Мы шли нога в ногу со своей страной.

– Нинель Петровна, пережив расстрел матери и лагеря, в 64-м вы вступаете в партию. Почему?

– Моя мама была честным человеком. Когда её незаконно осудили, за 15 минут до вынесения ей смертного приговора нам разрешили увидеться. И она успела сказать мне, что я должна заменить её в жизни. Этот мамин наказ я выполнила. Когда спрашивают, какое у меня образование, отвечаю: академическое. Академия имени Берии, срок обучения – 10 лет. Поэтому больше всего ценю правду и бескорыстие.

– Самое значительное для вас событие вне культуры?

– Указ Ельцина о реабилитации жертв политических репрессий. Меня и мою маму реабилитировали в 61-м. Но тогда это были единичные случаи. А в 1993 году были реабилитированы все – с установлением льгот и градаций.

– Вы возглавляете общественную организацию, пишете стихи, издали книгу, выступаете с творческими вечерами. Откуда столько энергии?

– Я живу по лагерному режиму – подъём в 5 утра, отбой в 12 ночи.

– Нинель Петровна, ваши пожелания работникам культуры?

– Желаю вам достойной зарплаты.

21 апреля в 16.00 в Библиотеке им. Некрасова (ул. Никитина, 81) состоится презентация автобиографической книги Нинель Петровны Мониковской «По ту и эту сторону решётки». Вход свободный.